Второй в рейтинге — «Черемша», гибрид льва и кролика из абсурдных псевдосоветских видео. Да, главные герои квартала — пустослов и зверь из НИИ, которого не существовало. Рунет снова выбрал не реальность, а её максимально кринжовую реконструкцию.
«Воздухан»: когда обещать — это уже профессия
У «Воздухана» довольно прозрачный нерв: это шутка про человека, который много говорит и ничего не делает. Формула вечная, но в этот раз она получила имя, пригодное для комментариев, реакций и коротких видео. Сказал «скоро запущу проект», а потом исчез? Воздухан. Пообещал всем «созвониться на неделе»? Туда же.
367,6 тысячи упоминаний — цифра не про один удачный панч, а про узнаваемость персонажа. Мем становится живучим, когда его не надо объяснять: бросил одно слово, и весь чат уже понял POV. Именно поэтому «Воздухан» выглядит сильнее очередного щитпоста, который живёт один вечер под конкретным звуком.
Но не спешите форсить термин в каждом втором рилсе. Как только мем превращается в универсальный ярлык для любого неудобного человека, он быстро теряет зубы. Сначала диагноз, потом канцеляризм, потом цифровая пыль.
Псевдосоветский сюр: хрущёвки, диктор и невозможный зверь
«Черемша» — это уже другая ветка квартального безумия: левокролик из абсурдных псевдосоветских видео. Brand Analytics отдельно отмечает главный мемный сюжет периода — «советизацию абсурда». Хроника, голос диктора, НИИ, хрущёвки, псевдонаучные объекты: знакомые коды здесь работают не как ностальгия, а как декорации для заведомо невозможной реальности.
Вот в чём фокус. Интернет не пытается воскресить прошлое — он тащит его в монтажку, ломает пропорции и выпускает обратно в ленту в виде животного, которое будто сбежало из секретного ведомственного архива. «Черемша» смешна не потому, что лев и кролик сами по себе комедия. Смешно, что её подают с максимально серьёзным лицом. Чем официальнее тон, тем жирнее мемный контраст.
Что ловить в ленте дальше
Исследование Brand Analytics построено на анализе более 9 млрд сообщений в русскоязычных соцмедиа за апрель—июнь и учитывает новые либо резко выросшие явления. То есть это не музей всего, что ещё мелькает в клипах, а срез того, что действительно прорвалось в квартале.
Для авторов и мем-сталкеров вывод простой: смотрите не только на фразу или персонажа, а на упаковку. «Воздухан» работает как короткая социальная кличка. «Черемша» — как готовый визуальный мир, где советский антураж делает абсурд убедительнее. Один мем удобно кидать в чат, другой — пересобирать в видео.
И да, оба формата уже несут в себе таймер самоуничтожения. «Воздухан» рискует умереть от переиспользования, «Черемша» — от бесконечных клонов с диктором и НИИ. Но пока лента ещё не забила их до состояния «опять это», можно фиксировать: квартал прошёл под лозунгом «обещай меньше, мутируй страннее».