По данным Hindustan Times, в США идёт суд над 35-летней Линдси Клэнси, обвиняемой в убийстве трёх малолетних детей, и параллельно в TikTok повалили ролики, где женщины на камеру разыгрывают, как вредят младенцам. Один из пользователей X собрал подборку такого контента — от имитации бросания с лестницы до загрузки детей в стиральную машину — и сопроводил её развёрнутым комментарием про «глубокую патологичность» происходящего. Лента взорвалась, и теперь все дружно обсуждают, как далеко можно зайти в поддержке матери, которую ты никогда в жизни не видела.
Тред, где все делают вид, что моральный компас ещё работает
Автор той самой подборки написал развёрнутый комментарий: мол, «материнство должно пробуждать инстинкт защиты уязвимого», а когда беспомощность младенца становится реквизитом ради лайков, что-то идёт совсем не так. Под тредом — канонический парад ненависти: «totally sick and demented», «this is evil», «disturbing», «это всё мерзкие женщины, это не шутки». Окей, эмоции понятные. Но вот неудобный вопрос: а где этот моральный компас был две недели назад, когда в TikTok массово снимали слёзные видео с младенцами на руках и подписью «same, Lindsay» поверх цитат Клэнси про её тревожность, депрессию и отчаяние?
И вот тут важный нюанс. «Same, Lindsay» — это прошлый акт драмы. Сторонники обвиняемой уже продавали футболки и «наводили justice spells» в её поддержку. Теперь вторая волна: вместо сочувственных слёз — буквальное разыгрывание насилия. Как будто воронка эскалации дошла до своей логичной точки, и контент-мейкеры просто не знают, как ещё монетизировать чужую трагедию, не вылетев из рекомендаций.
Тело дела в три абзаца — для тех, кто только зашёл в ленту
Клэнси — мать из Массачусетса. Ей инкриминируют тройное убийство: погибли Кора (5 лет), Доусон (3 года) и Каллан (8 месяцев). По версии обвинения, 24 января 2023 года она задушила их в доме в Даксбери, действуя «намеренно, рационально и быстро». Защита настаивает: женщина находилась в разгаре психоза на фоне послеродового расстройства и уголовной ответственности не подлежит. Вину Клэнси не признаёт. По приговору ей грозит либо пожизненное без права на УДО, либо принудительное лечение в государственной психиатрической клинике.
Здесь, кстати, и зарыта та социологическая жуть, которую так удобно не замечать. Каждое из этих видео — это выбор формата, где чужое горе становится сырьём. Не важно, плачешь ты с младенцем на руках или изображаешь, как его «топишь в стиралке» — механика одна. И эта механика прекрасно ложится в общую культуру максимализма и самооптимизации через контент, где главный KPI — охват, а совесть идёт бонусом, который никто не активировал.
Прогноз: умрёт быстро, как всё, что построено на чужой крови
Сценарий до боли стандартный. Тред взлетает, алгоритм разносит подборку по рекомендациям, комментаторы кричат «мерзко» — но своими же скриншотами и репостами делают ровно то, что платформа хочет. Если вам реально хочется, чтобы такой контент исчез, не надо делать разоблачающие рилсы и не надо писать «sick and demented» в подписях — это всё ещё вовлечённость, и алгоритм её прекрасно видит. Единственное, что убивает подобные тренды, — отсутствие внимания.
Так что прогноз привычный: эта волна схлынет за неделю-две, как только медиа переключатся на следующий инфоповод. Следующая «Lindsay» уже на подходе — вопрос только, какая именно. Пока мы тут гадаем, платформа продолжает спокойно собирать охваты на чужом горе. Классика жанра, ничего нового, можно расходиться.